Глава 6. ТРЕТЬЯ СИЛА?

Автор: Administrator 14.02.2010 01:51

Владимир Попов. Возвращение Руси

5 апреля 1996 года Народная Национальная партия провела совместно с НБП совместную политическую акцию — День Нации. Организация митинга и его проведение было на нас, так как только мы к тому времени располагали большим опытом устройства подобных мероприятий. В том же месяце ННП обрела нынешнюю свою штаб-квартиру на Белорусской. Я переехал в неё и работа по созданию партии закипела с утроенной энергией.

* * * 

Летом 1996 в воздухе ощущался ветер перемен. Впервые в России проводились президентские выборы. Уже нет ни СССР, ни КПСС и поэтому наступавшие в июне выборы способны были привести к кардинальному изменению политики. За пять лет после избрания Ельцина президентом России сложилась новая политическая система — президентская республика с приоритетом исполнительной власти. Принятая 12 декабря 1993 года конституция позволяет президенту самостоятельно проводить практически любую политику. Именно это обстоятельство сильно дестабилизировало обстановку в преддверии новых президентских выборов. В обществе царил страх перед будущим. Никто не ждал хорошего от президента, но многие опасались и возможных претендентов на этот пост. Стало общепризнанным мнением, что выбор возможен только между большим и меньшим злом. При этом в вопросе оценки степени зла бытуют очень расхожие мнения.
Такое положение дел сложилось в результате поляризации политических сил вокруг двух политиков: Зюганова и Ельцина. Оба муссируют мысль об отсутствии им реальной альтернативы и это неудивительно, т.к. это выгодно для них. Делаются усилия по сохранению такой двухполюсности.
Насколько оправдана была подобная чёрно-белая схема? Многочисленные «рейтинги» говорили об явном отрыве Зюганова и Ельцина от других претендентов. Если верить этим «рейтингам», то получалось, что кроме коммунистов и демократов никого больше нет. Аналитики исходили из результатов выборов в Госдуму в декабре 1995 года. Суммировав всех проголосовавших в три политических блока: коммунистов, демократов и «националистов», мы видим, что за коммунистов всех мастей проголосовало около 35%, за демократов — около 30%. Патриотические и псевдонационалистические блоки и партии (ЛДПР, НРПР, КРО, РОД, «Блок Говорухина», СПД «Держава») получили 13 602 419 человек или 19,65% от числа принявших участие в голосовании. Эти три цифры были контрольными при учёте шансов кандидатов в президенты на предстоящих выборах. В случае если во второй тур выйдут кандидаты от демократов и коммунистов (Ельцин и Зюганов) четверть всех национал-патриотов отдадут свои голоса Зюганову, остальные — Ельцину. Итоговый баланс: 45% за Ельцина и 40% за Зюганова. Другие варианты считались аналитиками менее вероятными.
Подобные расчёты явно исходили из того, что третью силу — русских националистов — списывают со счётов. Националисты раздроблены, деморализованы, не имеют «раскрученных» лидеров и т.д. Эдельштейн-Жириновский ранее добившийся многих успехов, достиг к тому времени своего потолка. Его еврейское происхождение не позволяло  консолидировать весь националистический электорат и поэтому серьёзно уменьшало его шансы на президентских выборах. Всё это делает незаметным реальный потенциал русского национализма.
В отличие от этих расчётов, западные аналитики иначе оценивали возможности русских националистов. Они почти в один голос утверждали о большой вероятности прихода русских националистов к власти уже в ближайшее время. Еврейские исследователи из США Дэниэл Ергин и Тэйн Густафсон опубликовали объемистое исследование «Россия: двадцать лет спустя. Четыре сценария». В нём они правильно делают акцент на том, что в результате развала СССР в России сейчас более однородное и более русское население, чем когда-либо за последние века. Это означало, что русский национализм в предстоящие годы действительно способен стать одним из основополагающих принципов политики. Уязвленная национальная гордость, наличие многочисленных русских беженцев из соседних новообразованных государств, враждебность к западному влиянию, всеобщее обнищание масс в результате отсутствия национальных приоритетов в экономической политике является обильной почвой для роста националистических настроений.
Американский политолог Уолтер Лакер в своей книге «Чёрная сотня» делает вывод о неизбежной победе русских национал-социалистов до конца столетия. Александр Янов в своей книге «После Ельцина» мрачно приводит многочисленные «сценарии» националистического переворота в России. При этом он считает более вероятным приход националистов к власти в результате военного переворота и менее возможным на президентских выборах.
Таким образом, русский национализм стоит на пороге перехода в новое политическое качество — третью силу, способную консолидировать русскую нацию и повести её к величию и свободе.
Для того, чтобы быстрее обрести это новое качество русскому национализму необходимо очистить свою идеологию от чуждых и устаревших наслоений. Одним из таких наслоений являются представления об экономике. Экономические трудности, переживаемые сегодня Россией создают впечатление о сложности экономических вопросов и их безусловном приоритете над политикой и даже идеологией. Присутствие многочисленных экономистов на политической арене России объясняется именно этим заблуждением. Корни этого заблуждения находятся в экономических теориях евреев Адама Смита и Мардохея (Карла) Маркса, считавших политику всего лишь, выражаясь словами Ленина, концентрированным выражением экономики. Подобный подход стал причиной явной вульгаризации всех идеологий, существовавших в начале XX века. Либерализм явился культиватором рыночной модели экономики, социализм — плановой экономики. Подмена идеологии экономикой стало повальным увлечением всех современных политиков России. Представление о том, что примитивный бухгалтерский учёт способен вывести экономику России из кризиса является характерным как для правящих кругов бюрократии, так и для оппозиции.
Призывы к «стабилизации» экономики и восстановлению производства были общим местом предвыборных программ кандидатов в президенты в 1996 году. Они не ведали о том, что экономика не может развиваться без чётко сформулированной национальной идеологии и что экономика является лишь весьма ограниченной областью.
Весьма характерным в этом смысле являлся Владимир Брынцалов. «Новый русский», миллионер и начинающий политик, зарегистрированный кандидатом в президенты после шумного скандала, гвоздём своей программы сделал именно банальные экономические вопросы. Находясь в ложной уверенности в том, что главной проблемой является состояние экономики, он тем не менее отражал весьма распространённые в обществе взгляды. Но националистические идеи постепенно пробиваются сквозь этот экономический хлам. В передаче «Лицом к лицу» 16 мая 1996 года мы уже видим националистически настроенного русского капиталиста, который первым из кандидатов в президенты заговорил о русских национальных интересах.
Конечно, никакой системы в его взглядах нет — есть только оскорбленное национальное самоосознание. Разумеется Брынцалову далеко до чёткого национализма ННП, но в то время он в какой-то мере выступал в качестве третьей силы в споре между коммунистами и либералами-западниками.
Последовавшая вскоре «Победа» в скоротечном учебно-тренировочном бою над условным противником — «Народно-патриотическим блоком» Г.Зюганова ознаменовалась 9 августа торжественной коронацией «царя Бориса». Этим событием увенчалась замечательная по своему цинизму пятилетка — 1991-1991 гг. Впрочем, исход сражения был заранее предопределён ещё в феврале 1996 года, после официального начала предвыборной кампании Б.Ельцина. Сталину приписывают слова, сказанные им по поводу каких-то очередных выборов в Верховный Совет: «Главное не кто как проголосует, а кто будет считать». Волки милостиво оставили себя властвовать, а овцам разрешили мирно пастись на тучной ниве оппозиции. ВСЕ ДОВОЛЬНЫ РЕЗУЛЬТАМИ ВЫБОРОВ. Волки могут себе позволить скушать десяток-другой толстых упитанных овечек. Овечки продолжают жиреть и размножаться. Чтобы овечки не скушали всю траву, волки время от времени гоняют их с места на место. Каждому своё.
Жизнь показала безпочвенность мифа об особом российском пути и особой русской непредсказуемости. «Сказочный рост» рейтинга Б.Ельцина по мере приближения к выборам показывал степень управляемости «свободным выбором» народа. Можно сказать больше — «голосование сердцем» говорит о первозданной простоте «электората». Вряд ли можно назвать убедительными достаточно примитивные «антикоммунистические» клипы, прокрученные накануне выборов no-телевидению. Скорее всего они не имели того значения, которое им приписывается. Это касается и других, более дорогостоящих элементов агитации. Главной подспорьем Ельцину стала вскормленная и взлелеянная славно прирученная «оппозиция». Проведя генеральную прополку в октябре 1993 года, «зоотехник-селекционер» Ельцин выделил от общей массы КПРФ и ЛДПР, как наиболее безобидных «овечек». На это было потрачено гораздо меньше денег, чем на прикормку региональных лидеров. Первое время Жириновский ещё проявлял показную активность, но через два года и он утих. Зюганов тем временем успешно занимался «объединением» патриотической оппозиции. В результате к 1996 Ельцин обеспечил себе очень удобного противника — неповоротливую, дряхлую, трусливую, с дремучими коммунистическими лозунгами и вульгарными привычками «оппозицию», больше напоминающую овцу, отданную на закланье.
Голосование на этих выборах всё же необходимо оценивать именно как голосование против коммунистов. Что бы не делал Ельцин и его сообщники, это не сможет повернуть историю вспять. Коммунизм в России похоронили сами коммунисты ещё в 1991 году, в решительный момент отсиживаясь по домам. НИКТО НИКОГДА НЕ ЛЮБИЛ ТРУСОВ И ПРЕДАТЕЛЕЙ.
Обстановка в России продолжает постепенно накаляться. Усиливается борьба различных олигархических кланов, озабоченных дележом имущества и постов в правительстве. Региональные кланы начинают теснить отраслевые. Всё это усугубляется вторжением иностранных спецслужб и ТНК.
Не может быть никаких иллюзий и относительно судьбы российских «реформ». Американский профессор политологии университета им. Дж.Вашингтона Питер Рэддавай сделал специальный доклад на слушаниях Комиссии по безопасности и сотрудничестве в Европе Конгресса США, проведённых 10 июля 1996 года по вопросу судьбы российских «реформ». Он сделал следующие наблюдения в ходе предвыборной кампании 1996 г.:
«За время кампании Ельцин почти ничего не сказал о том, как он намеревается развивать демократию. Он ругал коммунистов (довольно-таки заслуженно). Он утверждал, что выводит Россию из экономического спада и что позаботится о тех, кто пострадал от этого спада. Он раздавал обещания и подачки направо и налево. Он сказал, что восстановит порядок и покончит с войной в Чечне.
Он не объяснил предпринимателям, как он собирается вести борьбу с организованной преступностью, чтобы они могли наконец прекратить выплачивать дань мафии.
Он не обещал сократить чрезмерный объём полномочий президентской администрации и раздутые исполнительные органы в цепом, не обещал укрепить законодательную власть — меры, которые, по мнению большинства конституционных экспертов, необходимы для развития демократии.
Он не выражал сожалений по поводу того, что ни он сам, ни его правительство не отчитываются перед Думой и обществом, и не обещал исправить это положение в будущем.
Он не выражал сожалений в связи с предвзятостью прессы и не обещал изменить тенденцию ограничения самостоятельности средств массовой информации.
Возможно, теперь Ельцин попытается совместить ползучий авторитаризм с новыми импульсами рыночных реформ в духе чилийского генерала Пиночета. Но апрельский рост консолидированного бюджетного дефицита и призрак вновь вырывающейся из-под контроля инфляции не предвещают особой экономической стабильности. Кроме того, серьёзный экономический кризис, предсказываемый рядом наблюдателей к осени этого года, может с легкостью разжечь общественное недовольство, особенно в том случае, если рост инфляции, безработицы и невыплат зарплаты сойдутся во времени.
Другим потенциальным катализатором нестабильности служит слабое здоровье Ельцина. Если он утратит способность выполнять свои обязанности, в отсутствие безспорного преемника с неизбежностью начнется дестабилизирующая борьба за право наследования.
Таким образом, «невероятный успех российской демократии», на мой взгляд, всё же не имел места. Выборы на время сняли некоторую часть неопределенности, но создали новые причины для безпокойства. Увы, в ближайшем будущем Россия, судя по всему, не выйдет из полосы политической и экономической нестабильности».
Эта цитата не нуждается в каких-то дополнениях. В ближайшие несколько лет нам, русским, предстояло окончательно забыть о сытой и спокойной жизни и приготовиться к серьёзной политической борьбе за утверждение своих национальных приоритетов.

В штаб-квартире ННП. Второй слева — Игорь Викторович Дьяков, третий справа — Алексей Алексеевич Широпаев.За столом — Глава ННП Александр Кузьмич Иванов-Сухаревский. Осень 1996 года.